Несовершеннолетняя Владислава осталась без законного попечителя

В 13 лет Владислава потеряла маму, а год спустя — и папу. После этого ее опекуном стал давний друг семьи Максим Карамишев. Четыре года они жили вместе, и девушка называет его вторым отцом. Но 22 июля мужчину мобилизовали — и 17-летняя Владислава фактически осталась без человека, официально представляющего ее интересы.

Был ли у Максима оформленная отсрочка на момент мобилизации — сейчас неизвестно, рассказывает ДнепроTV.

Теперь девушка пытается добиться его возвращения, а Служба по делам детей обращается в соответствующие учреждения и следит за тем, чтобы права Владиславы были защищены. В то же время сама ситуация обнажила проблему: что происходит с ребенком, когда его единственный законный представитель оказывается на военной службе?

В свои 13 лет Владислава осталась сиротой. Сначала от рака умерла мама, а год спустя не стало и папы. С тех пор опекуном девочки стал друг семьи – Максим Карамишев.

«Они тесно очень общались с моими родителями, и я тоже. И когда так случилось, что мне некуда идти, у меня ни отца, ни матери, мы подали на попечение, и он решил меня взять. Его мои родители очень просили это сделать, если с ними что-нибудь произойдет», — рассказывает ребенок-сирота Владислава Чернявская.

Они жили вместе около 4 лет. Девушка называет Максима вторым отцом, который поддерживал ее и всегда помогал.

"Он мне был как второй папа, я всегда к нему могла прийти за советом, что-то спросить, с ним как-то погулять, поговорить, вот такое все", - Владислава Чернявская.

Но 22 июля их жизнь изменилась. Утром 44-летний Максим вышел из дома по делам, а затем позвонил по телефону Владиславе и сообщил: его везут в один из районных ТЦК. Тогда девушка сразу же поехала за ним.

«Я туда приезжаю, они так говорят, мы видели документы, мы их возьмем в рассмотрение. И говорят, что у них сейчас будет обед. Я остаюсь, жду, пока пройдет обед. И они мне говорят, что его только сейчас увезут на ВЛК. Я начинаю ехать туда, где проходит ВЛК, и мне звонит мой опекун и говорит, что он уже на полигоне. Мне просто врали, хотя они видели документы, что я круглая сирота и что он мой опекун. Но им было безразлично», — Владислава Чернявская.

После мобилизации Максима практически без законного представителя осталась 17-летняя Владислава. Ситуацию взяла на контроль служба по делам детей.

«Специалисты нашей службы срочно выехали по месту жительства ребенка, составили акт обследования условий проживания, переговорили непосредственно с ней, переговорили с бабушкой, дедушкой, установили, что ребенок на сегодняшний день имеет удовлетворительное состояние, все удовлетворительные условия для проживания – еду, одежду, место, где она может заниматься своими личными делами»- рассказала Начальник Левобережной службы по делам детей ДГС Наталья Евсевская.

Впрочем, возникает вопрос юридической оценки мобилизации Максима. Ведь у мужчины были все документы, подтверждающие опеку над Владиславой, а вот оформлял ли отсрочку на момент мобилизации — пока неизвестно. Именно это важно, объясняет адвокат.

«Если действительно лицо имеет соответствующее либо решение суда, либо решение государственной администрации, он имеет право на отсрочку от мобилизации. У нас смотрит на это территориальный центр комплектования, напрямую связывающий право на отсрочку с оформлением этих документов. То есть, пока у вас нет информации в «Резерв+» о том, что у вас оформлена отсрочка, вы фактически ее не реализовали, и по их точке зрения вы не желаете этого сделать. Не хотите отсрочку, значит хотите защищать государство. И возникает у них право мобилизовать такого человека, по крайней мере, с технической точки зрения», — адвокат Виталий Савко.

Так что, в дальнейшем, объясняет Виталий, речь идет уже об увольнении с военной службы, а не оформлении отсрочки.

«Пишет рапорт, или может сделать через приложение «Армия+», он есть у каждого военнослужащего. Или пишет бумажный рапорт, прикладывая документы о том, что действительно он является попечителем ребенка до 18 лет и на этом основании увольняется с военной службы», — адвокат.

Именно такой рапорт, по словам Владислава, посоветовал написать Максиму знакомый адвокат сразу после мобилизации.

«Они не хотят, чтобы он его вообще писал, и его никто не будет рассматривать. Никому оно не нужно. И мой опекун, он не знает, что делать. Его из одной части бросают на другую, все дальше и дальше от нас, никто не хочет принимать его заявление», - говорит ребенок-сирота Владислава Чернявская.

Добиться увольнения Максима Карамишева со службы пытаются и органы опеки. Однако, говорят, пока – безрезультатно.

«После получения этой информации мы направили обращение в Днепропетровский областной территориальный центр комплектования и социальной поддержки относительно нарушения прав ребенка-сироты, где мы акцентировали внимание на том, что согласно статье 23 закона Украины о мобилизационной подготовке и мобилизации, у попечителей есть отсрочка. И при мобилизации они имеют безусловное право на отсрочку. И призыв попечителя Карамишова Максима, конечно, привел к грубому нарушению прав ребенка», — говорит начальница Левобережной службы по делам детей ДГС Наталья Евсевская.

Свои запросы в областной и районный ТЦК направила и команда ДнепроTV. Журналисты попросили объяснить, проверяли ли во время мобилизации статус Максима как попечителя и выясняют ли сейчас обстоятельства его призыва. Ответа на момент выхода материала еще не получили. Пока же остается еще один вопрос — кто юридически отвечает за 17-летнюю девушку, пока ее попечитель находится на военной службе.

В настоящее время Владислава остается под наблюдением Службы по делам детей. Там говорят: ежедневно поддерживают с ней связь и следят, чтобы у ребенка были надлежащие условия проживания.